I_P (partr) wrote,
I_P
partr

Just for the record

Кстати, Бродский (см. здесь) был не единственным гонимым, за кого вступился мой патрон. Под катом - его статья в Liberation в поддержку Андреаса Баадера - радикального левака, одного из основателей террористической организации RAF (за третий мир, против обуржуазившегося Запада, тактика - поджоги супермаркетов, ограбления банков, похищения и убийства правых политиков). 1974 г; Баадер сотоврищи объявляет голодовку, протестуя против условий содержания. ЖПC навещает Баадера в штутгартской тюрьме:
Ж. П. Сартр

Медленная смерть Андреаса Баадера

Вначале мы обменялись рукопожатием. Он сел напротив меня и потом, через три минуты, первым, что он сказал как бы вместо приветствия, было: "Я думал, что имею дело с другом, но мне прислали судью..."

Очевидно, он так решил из-за заявления, которое я сделал предыдущим вечером на немецком телевидении.

Думаю, он также надеялся, что я пришел с целью защитить его и его товарищей на основе предпринятых ими действий. Он видел, что я не был согласен с ними. Я пришел как представитель левых, сочувствуя любой левой группе, находящейся в опасности; я считаю, что подобная практика должна быть более распространенной.

Я пришел, чтобы он смог объяснить мне свою точку зрения на борьбу, которую они вели. Что он, кстати, и сделал.

И я пришел не затем, чтобы сказать, что с ним согласен, но просто затем, чтобы узнать, какие из его убеждений могли бы быть взяты на вооружение, если мы признаем их верными, а также чтобы поговорить о его ситуации как заключенного.

Затем мы говорили о его жизни в тюрьме. Я спросил его, почему он участвует в голодовке. Он ответил, что он делает это в знак протеста против условий своего содержания.

Знаете, я побывал не везде, но подобные тюремные камеры, существуют и в других немецких тюрьмах. Они отделены от других камер; они выкрашены в белый цвет и электричество включено до 11 вечера, а иногда и 24 часа в сутки.

Ему здесь очень не хватает звука. Аппараты внутри камеры отбирают звуки, ослабляют и отражают их, делая полностью неслышными внутри самой камеры.

Мы знаем, что звук исключительно важен для человеческого тела и сознания. Человека должна окружать атмосфера.

Звуки, которые мы называем тишиной, - но которые доносят до нас, к примеру, звук проезжающего трамвая, шаги прохожего на улице, предупреждающей сирены - связаны с человеческим поведением; они характеризуют человеческое присутствие.

Подобное отсутствие коммуникации с другими [людьми] приводит к серьезным проблемам – к циркадным расстройствам и к расстройствам сознания. Последние разрушают мышление, делая его все больше затруднительным. Шаг за шагом, это провоцирует провалы памяти, затем бред, и, с очевидностью, безумие.

Так что хотя здесь нет "палача", есть люди, нажимающие на определенные рычаги на другом уровне. Такая пытка провоцирует нехватку в заключенном; это ведет к помрачению сознания или к смерти.

Баадер, жертва этой пытки, разговаривает вполне адекватно, но время от времени останавливается, будто теряет мысль. Он охватывает голову руками в середине предложения и затем начинает заново минуты две спустя.

Его тело истощено голодовкой; его насильно кормят тюремные доктора, но он очень похудел и потерял 15 килограмм; одежда болтается на нем, так как стала слишком велика. Больше не было никакого соотношения между Баадером, которого я видел, и человеком в добром здравии.

Эти процедуры, предусмотренные только для политических заключенных - по крайней мере, для группы Баадера-Майнхофа - противоречат правам человека.

Согласно правам человека, к заключенному должны относиться как к человеку. Точнее, он лишен свободы, но он не должен быть объектом каких-либо пыток или чего-либо, имеющего целью смерть или деградацию человеческой личности. Эта же система настроена именно против человеческой личности и разрушает ее.

Баадер еще хорошо сопротивляется. Он ослаблен, он определенно болен, но он остается в сознании. Остальные в коме.

Жизнь пятерых задержанных находится под угрозой - это дело нескольких недель, нескольких месяцев, возможно даже дней. Необходимо срочно поднять движение и потребовать, чтобы с заключенными обращались в соответствии с правами человека; чтобы они не страдали от дурного обращения, которое может помешать им правильно ответить на задаваемые в день суда вопросы, от обращения, которое, как это уже однажды случилось, может убить их.

Уже существует комитет защиты немецких заключенных во Франции. Этот комитет работает совместно с Голландией и Англией. Необходимо, чтобы подобный комитет был создан в Германии, создан из интеллектуалов, докторов и разных людей, которые бы потребовали одинакового обращения с заключенными, арестованными за обычные преступления, и политическими заключенными.

Впервые опубликовано в: Liberation, 7 декабря, 1974;
Перевод Е. Ивановской (отсюда)
Примечательно то, что, отмежевавшись от взглядов собеседника в телевизионном интервью накануне посещения, ЖПС сосредоточился на правозащитной стороне дела. Уж такой он был омбудсмен, мой патрон.

P.S. нашел статью, вороша био Райнера Фассбиндера, симпатизировавшего RAF. перенес сюда for the record. молодые нон-конформисты наши не век будут ограничиваться невинным балаклавингом и рисованием гомерических фаллосов на разводных мостах. загоняемые в тупик, они пойдут по стопам предшественников. тут-то и может пригодиться опыт покойного патрона. впрочем, он и сейчас нелишний.
Tags: history, politics
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments